September 16th, 2013

Мои твиты

Изобретение России

Интересная передача с историком Миллером о конструировании наций (http://finam.fm/archive-view/8806/). Интересный взгляд/

Андерсон начинает с того, что все крупные сообщества воображаемые, просто все. Это не вопрос о том, что это ненастоящие сообщества. Просто все крупные сообщества – они так или иначе воображены. Потому что члены их не знают друг друга, не могут знать все друг друга, в отличие, скажем, от деревенского сообщества. И, конечно, Россия не является исключением. Как и все другие большие сообщества, она была воображена.



...идея о том, что Карамзин сконструировал русский национальный нарратив исторический, с моей точки зрения, неверна. Это сделал не Карамзин, это сделал Устрялов, причем в явной оппозиции к Карамзину. У Карамзина главный герой – государство, и это «История государства Российского». А Устрялов говорит: чего мы так обедняем нашу историю? Если мы напишем историю народа, то масса людей, масса земель, которые были вне государства Российского в течение многих веков, станут частью нашей истории. ...Ему покровительствовал Уваров Сергей Семенович, он дал ему премию за лучшую книгу по русской истории. А почему он был важен? Что это было такое? Это был ответ на польский вызов. Потому что империя столкнулась с тем, что разрушенная, но не уничтоженная вполне, в лице своего дворянства Польская империя говорила о том, что западные губернии-то – это польские.

И вот как раз Карамзин в злой «Записке русского гражданина», которую он пишет Александру I, причем боится, что закончится путешествием в Сибирь, он возражает против высказанной Александром идеи: не отдать ли нам эти губернии, присоединить их к Царству Польскому? С точки зрения Александра вполне интересный шаг. Потому что ему нужно, чтобы польское дворянство его любило, он сам еще по совместительству польский король. А Карамзин ему возражает с точки зрения русского имперского дворянства, он говорит: «Не имеешь ты права отдавать то, что хоть раз было присоединено к нашей империи».

Но, что очень интересно, Карамзин во всей этой «Записке» ничего не говорит о преобладающем населении этих областей, как о русских. А вот Устрялов уже говорит, как о части русского народа. Вот с этого момента малороссы, белорусы и так дальше в официальном нарративе становятся частью русского народа.