Category:

Как рождался и умирал памятник Сталину в Праге

Памятник сталину в Праге если не самый большой в мире, то самый массивный

Польский журналист Мариуш Щигел написал книгу заметок о Чехословакии и чехах Готтленд (название  обыгрывает фамилию певца Готта) . О том липком страхе и кафкианском абсурде в котором страна жила многие годы. Иногда истории выходят почти гашековские. Как эта с памятником Сталину. Ниже отрывок из главы " Доказательство любви Часть I: вечность длится восемь лет". С сокращениями.

По случаю отмечаемого в декабре 1949 года семидесятилетнего юбилея Иосифа Сталина власти решают, что девять миллионов человек в четырнадцатимиллионном государстве подпишут для него поздравления.

Подписи удается собрать за четыре дня. Заодно принимается решение воздвигнуть в Праге, на холме над Влтавой, памятник Сталину — самый большой на всем земном шаре.

 Никто не имеет права отказаться от участия в конкурсе. Пятидесяти четырем скульпторам дается девять месяцев на то, чтобы спроектировать памятник. Слава богу, «удачно умер» (как говорят об этой смерти в Праге) Ладислав Шалоун, чехословацкий скульптор номер один. Считавшийся его преемником Карел Покорный, чтобы не выиграть конкурс, в своем проекте представляет вождя раскинувшим руки в приветственном жесте, и его Сталин напоминает Иисуса.

Большинство совершает одинаковую ошибку. «Сталин представлен излишне эмоциональным» — резюмирует комиссия.

Отакару Швецу, сыну кондитера, специализирующегося на создании фигурных композиций из сахара, пятьдесят шесть лет. Он — скульптор-неудачник.

После яркого студенческого дебюта — изваяв фигуру мотоциклиста, он сумел передать в камне движение, — Швец спроектировал памятник отцу республики Т. Г. Масарику, а потом Яну Гусу; оба во время войны уничтожили немцы. После войны Швец работал над памятником Рузвельту, но закончить не успел — к власти пришли коммунисты. До войны выставлял свои авангардные скульптуры на Западе. Он и помыслить не мог, что когда-либо еще получит заказ.

Сейчас — как гласит молва — Отакар Швец лепит модель на скорую руку и под воздействием двух бутылок водки. Он человек порядочный, поэтому намеренно копирует известную довоенную идею памятника Мирославу Тыршу, буржуазному общественному деятелю, которого коммунисты недолюбливают.

На свою беду, он побеждает.

Отакар Швец с макетом памятника

 Сталин возглавляет группу людей. В одной руке он держит книгу, вторую заложил за борт шинели.

Слева от Сталина — на советской стороне — рабочий со знаменем, за рабочим агроном, затем партизанка, и замыкает ряд оглядывающийся назад советский солдат.

Справа — на чехословацкой стороне — рабочий со знаменем, крестьянка, ученый и чехословацкий солдат, тоже смотрящий назад.

Смельчаки начали перешептываться, что Сталину все лезут в задницу.

 Говорили, что одна только его пуговица будет величиной с каравай хлеба.

Высота памятника — тридцать метров, высота Сталина — пятнадцать, всё вместе — десять довоенных этажей. Длина ступни — два метра.

Весь этот гранитный комплекс (совершенно не подходящий к выстроенной из песчаника Праге, но гранит, в отличие от песчаника, продержится столетия) должен быть установлен на холме Летна и составить конкуренцию Пражскому Граду. Своей громадой он призван сокрушать прошлое. Его будет видно со Староместской площади, он станет продолжением Парижского проспекта и Чехова моста.

Чтобы такого Сталина воздвигнуть, потребуются двести шестьдесят гранитных блоков, каждый размером 2x2x2 метра.

Карьер со столь мощными стенами, чтобы из них можно было вырезать подобные блоки, к тому же одинакового цвета, отыскали поистине чудом.

Швец и супруги Штурсы

Двум архитекторам, помогавшим Швецу — супругам Штурсам, — надлежало разработать способ, как рыхлый песчаный холм приспособить под такой колосс.

Они решают заполнить холм изнутри гигантскими бетонными блоками, которые образуют некие подобия подземных залов.

 Свои первые опасения по поводу памятника народ выражает через два года после объявления конкурса. Эскизы, макеты и рисунки Швеца были выставлены на всеобщее обозрение — состоялось обсуждение «нового сокровища Праги».

— Боюсь, фигуры издалека будут сливаться, и Сталина будет недостаточно хорошо видно.

— Почему замыкающие ряд фигуры смотрят назад? Не слишком ли это авангардно?

Сомнения граждан множатся.

— Они оглядываются из идейных соображений, — отвечает Швец. — Их задача: обеспечение мирной жизни, защита. Но из композиционных соображений тоже: памятник со всех сторон, в том числе и сзади, должен смотреться красиво — не солдат же со спины показывать.

— Скажите, товарищ, почему вы как художник на своем памятнике именно так хотите защищать наш народ?

— Защита с тыла нужна, чтобы тем, кто в первых рядах, было спокойнее, — объясняет скульптор.

Впоследствии будут говорить, что фигуры за Сталиным — очередь за мясом.

Многие не желают сдаваться. «Нас беспокоит подобный символ. Это не радостное и верное изображение, а какой-то склеп» (четыре подписи в книге отзывов о выставке).

«Кого ведет тов. Сталин? Люди за ним буквально ползут, будто под какой-то стеной. Проект нужно уничтожить и объявить новый конкурс».

«Монумент получится безвкусный. Проекту одного из величайших гигантов истории следует посвятить больше внимания».

Отакар Швец еще не знает, что попал в западню.

 Позировать для памятника должны были статисты со студии «Баррандов».

Впоследствии поговаривали, что мужчина, изображавший Сталина, допился до смерти. Никто не знал его фамилии — вся Прага звала «Сталиным», и его психика этого не выдержала.

 Швец и Штурсы лепят модели из глины. Поочередно: сначала метровую, потом трехметровую.

Партия и правительство наблюдают за Швецем. Запротоколированные высказывания на его счет во время встречи властей со скульптором 4 января 1951 года занимают двенадцать машинописных листов.

Фигура Сталина не возвышается над остальными! Премьер Запотоцкий говорит, что уже в глине должно быть видно: это памятник героическому, отважному человеку. «Видимо, автор в процессе работы начинает бояться собственных мыслей», — добавляет он.

Восемь министров и премьер спорят: укоротить фигуры за Сталиным или поднять вождя на дополнительный постамент.

Памятник ни в коем случае не должен издалека напоминать саркофаг!

Фигуры за Сталиным слишком декоративные.

Неужели автор не в состоянии основательнее заняться своим делом?

Почему он не хочет лепить глиняные модели и показывать их властям?

В заключение премьер констатирует, что Отакар Швец боится собственного памятника.

Сам скульптор всего этого не слышит. Его с помощниками пригласили на встречу только спустя сорок пять минут. Сначала объяснения дает архитектор Штурсова: фигуру Сталина не поднимали намеренно, ибо в таком случае его оторвали бы от народа, а ведь он ведет народ и сам из него вышел.

Швец объясняет, что, если Сталина — согласно желанию членов правительства — сделать выше всех остальных, у памятника будет два разных масштаба. «С художественной точки зрения это недопустимо», — говорит он.

Правительство покупает ему более просторную мастерскую, прежняя становится слишком тесной. Представители партии теперь прямо здесь будут проводить совещания.

Они приходят с собственными перочинными ножами.

Каждый раз вонзают их в глину и обрезают головы фигур за Сталиным.

Через четыре месяца после первой выволочки власти снова вызывают Швеца на ковер. Это повторяется в 1952-м, 1953-м и 1954 году.

Проходят четыре года, над гранитными блоками уже давно трудятся каменщики, стоят строительные леса и подъемный кран, а автору все еще рекомендуют «смягчить и изменить силуэты некоторых фигур, дабы они не производили впечатления деспотических». Швец водит в мастерскую женщин, пьет с ними.И является для дачи объяснений.

За год до открытия памятника его жена, не выдержав, открывает газ.

Швец находит ее мертвой в ванне.

 Возникают новые сомнения, к которым, к счастью, скульптор не имеет никакого отношения. Получается, что каменный Сталин пришел в Прагу, встал над рекой и смотрит на прекрасный город. Однако пришел он с востока, так почему же тогда стоит на западном берегу?

Если он вошел в город, то должен бы остановиться у реки, но к самому городу задом. Так что, видимо, все-таки не вошел.

Если не вошел, то, возможно, уходит?

Но по какой причине?

Что ему не нравится в социалистической Праге?

Он только-только перешел Влтаву и уже поворачивает назад?

Почему он смотрит на восток?

А может, он вошел и просто так, ностальгически, смотрит назад?

Из сотен страниц, которые печатаются в связи с памятником на чехословацких пишущих машинках, а потом утаиваются, следует, что умножение сомнений — это бег по дорожке с неизвестной финишной чертой: никто не в состоянии предвидеть, когда и как бег закончится. А каждое утверждение может мгновенно превратиться в свою противоположность.

 Стоит весна 1955 года, со дня смерти Сталина прошло уже более двух лет.

Памятник откроют 1 мая. Составлен акт о закладке, где на семнадцати страницах говорится не только о том, что отныне Отцу Народов принадлежит власть над Прагой. В акте подчеркивается, что Сталин «смотрит на Вифлеемскую часовню».

Небывалый случай в коммунистическом обществе.

В этой часовне Ян Гус читал свои проповеди. Коммунистическая пропаганда присвоила себе религию: Гус был революционером, гуситы — первой коммунистической организацией, а их разбойничьи набеги — всего лишь бескорыстное подстрекательство местного населения к борьбе с феодализмом.

Теперь между Сталиным на Летне и священником Гусом в часовне на Вифлеемской площади протянется практически зримая красная нить.

Скульптор знает, что с эстетической точки зрения его памятник уродлив — слишком огромен и помпезен.

Знает, что памятник не нравится властям, но, правда, по другим причинам. Власть из отвращения к Швецу теперь общается с ним только через Штурсов.

Однако пресса заливается соловьем: «С идеологической точки зрения это единственный вариант, который показывает генералиссимуса Сталина как государственного деятеля, строителя, победоносного вождя, учителя народов и одновременно как товарища Сталина и человека Сталина, как одного из нас».

 Вечер, незадолго до открытия.

Отакар Швец выходит из мастерской, ловит такси и инкогнито едет к Летне посмотреть на памятник

Спрашивает таксиста, что тот думает о монументе.

— Я вам кое-что покажу, — говорит таксист. — Присмотритесь к советской стороне.
— А что там такого?
— Ну видно же. Партизанка лезет солдату в ширинку!
— Что?!
— Да когда памятник откроют, того, кто его спроектировал, как пить дать расстреляют.

Отакар Швец возвращается в мастерскую и там кончает жизнь самоубийством.

 Его смерть — тайна. Никто не имеет права раскрыть ее общественности.

Фамилия Швеца на памятнике отсутствует.

1 мая 1955 года, во время торжественной церемонии открытия, объявляется, что автор памятника — Чехословацкий Народ.

Ходят слухи о жертвах.

«При строительстве погибло в общей сложности семь человек», — утверждает церковный сторож из рассказа «Предательство зеркал» Богумила Грабала. «Первый — скульптор, который этот памятник спроектировал, а последний — подсобный рабочий, который пришел в понедельник еще не протрезвев, под ним провалилась доска на уровне седьмого этажа, он полетел вниз головой и расшибся о мизинец этой фигуры».

Грабаловский сторож ошибается. У пражского Сталина не было никакого торчащего пальца. Если кто-то и расшибся — то, скорее, о целую кисть.

Памятник простоял почти восемь лет, вплоть до 1962 года.

На семь лет пережил оттепель 1956 года и осуждение культа Сталина!

<...>

 Под Сталиным, в бетонированных нишах холма, проститутки принимают клиентов. Раньше там стоял диван известного художника. Но только до тех пор, пока не выяснилось, что он водит туда слишком молодых девушек. А еще раньше там тоннами хранили картошку.

1961 год. В Москве проходит очередной съезд партии, на котором Хрущев продолжает критиковать сталинизм.

Тело Сталина выносят из мавзолея на Красной площади, и преемник Запотоцкого, президент Чехословакии Новотный, должен как-то на это отреагировать.

Сам же он в 1952 году делил со своими соратниками ценности, оставшиеся от повешенных товарищей. А сейчас ему нужно подготовить их реабилитацию и признать, что партия ошибалась.

Одной из таких ошибок был и памятник, который поставлен «на вечные времена».

 Человек, которому поручили убрать Сталина, инженер Владимир Кршижек слышит от властей самую странную в своей жизни фразу: «Вы должны уничтожить памятник, но с достоинством».

Кршижек, главный специалист в элитной инженерной организации, требует пояснений. Памятник — бетонный монстр, центральная часть которого, облицованная гранитом, соединена с нутром холма при помощи железобетонных конструкций. Никто не предполагал, что когда-нибудь придется это сооружение разрушить. Монумент можно только взорвать.

— Взрывайте достойно. Ни в коем случае нельзя подрывать авторитет СССР, — приказывает ему секретарь райкома и перечисляет условия.

Запрещается закладывать взрывчатку в голову Сталина.

Ни у кого нет права в нее стрелять.
И вообще чтобы никаких выстрелов не было слышно.

Запрещается об этом говорить, фотографировать и снимать на камеру. Тот, кто это сделает, будет немедленно арестован.

Все предприятие, где работает инженер Кршижек, парализовано страхом.

 Днем и ночью территория находится под усиленной охраной. Памятник будет взорван, но появляется идея голову разобрать вручную. На нее подвешивают двух каменщиков (отца с сыном), которые молотками через каждые двадцать сантиметров откалывают от головы по кусочку. У них не хватает духу кидать обломки вниз, поэтому за ними приезжает лифт.

Взрыв готовит лучший в стране пиротехник Иржи Пршигода. Он знает, что в случае ошибки на воздух взлетит полцентра.

Две недели он думает, не смыкая глаз, лишь изредка отключаясь на три минуты. Начинает готовить две тысячи сто зарядов.

Он хочет подорвать памятник с одного раза, но в дело вмешиваются военные, присланные на всякий случай правительством. Они требуют, чтобы взрыв происходил в три этапа, — боятся, что фрагменты будут летать над городом и могут пострадать люди. Военные ходят за ним по пятам, мешают сосредоточиться, страшно надоедают.

Сначала с Пршигодой случается истерический припадок — он начинает орать. Потом выпивает шесть стаканов сливовицы подряд — и нажимает кнопку прибора.

Взрыв памятника Сталину в Праге. Фото несмотря на запреты сделали многие.

Когда все уже позади, он садится на траву и в голос плачет.«Скорая» отвозит его в психиатрическую больницу.

Взрывы прошли безупречно. Уборка прилегающих территорий от железного лома и бетона длится год.В прессе о ликвидации памятника нет ни единого упоминания. 

Памятника Сталину в Праге попросту не было.

Метроном на месте памятника Сталину в Праге

Почти 30 лет на месте бывшего памятника Сталину пустовала площадка.

Подземные помещения, сооружённые под основанием Памятника, остались и почти два десятилетия служили в качестве склада картофеля. После бархатной революции 1989 года в подземных помещениях открылся рок-клуб. А в октябре 1990 года отсюда вещала одна их первых частных радиостанций Праги «Радио Сталин». 

Лишь к Всеобщей Чехословацкой выставке в 1991 году было принято решение установить на старый пьедестал оригинальную фигуру, символизирующую неминуемые перемены и неумолимый бег времени. Лучшим объектом для такой цели выступает метроном – прибор, равномерные удары которого, отмечают заданный интервал времени. 

Согласно первоначальному плану, по окончании выставки метроном должен был быть демонтирован, но затем городские власти решили оставить достопримечательность.

Этот метрономом показан в сериале "Спрут"  в эпизоде встечи агента Милоша и итальянского полицейского Ликаты. Его движение и тоскливый звук, похожий на звук судового колокола, создают атмосферу диалога.

Чешский режиссер Виктор Полесны снимает фильм о трагической судьбе Швеца



Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.